Например, в 50-60-х годах значительную долю всех дел составляли дела по реабилитации жертв сталинских репрессий, и, следовательно, они не могут быть отнесены к интересующему нас периоду. Надзорные производства, содержащие информацию о событиях, происшедших до марта 1953 года, Государственный архив Российской Федерации предполагает описать в специальных каталогах. В настоящее время в архиве идет работа над каталогом надзорных производств 1941— 1953 гг. Чтобы оценить репрезентативность прокурорской выборки «антисоветских проявлений» хрущевско-брежневского периода, приведем несколько цифр. Так, по данным КГБ при Совете Министров СССР, в 1957-1985 гг. было осуждено за антисоветскую агитацию и пропаганду и за распространение заведомо ложных сведений, порочащих советский государственный и общественный строй, 8124 человека1. В нашем каталоге за тот же период зафиксировано 2955 индивидуальных и 531 групповое дело (приблизительно на 1900 человек2). Всего, таким образом, мы имеем сведения о 4855 «крамольниках», что составляет около 60% от общего числа осужденных. Как правило, каждая запись каталога соответствует одному делу Прокуратуры или Верховного Суда; в ряде случаев по одному и тому же делу выявлены и судебное, и прокурорское производства, тогда в записи указаны два шифра. Состав надзорного производства определялся нормами юридической практики. В качестве инициативного документа выступало или поступившее в Прокуратуру СССР спецсообщение о возбуждении уголовного дела, или жалоба осужденного или его родственников с просьбой о пересмотре дела. В первом случае надзорное дело пополнялось обязательными документами, информировавшими Прокуратуру о ходе дела: постановлениями следователя о продлении сроков следствия, копиями обвинительного заключения и приговора, а иногда копиями отдельных протоколов допросов, постановлений об арестах и обысках, актами экспертиз, перепиской Прокуратуры в связи с данным делом и т.д. В случае же за1 «О массовых беспорядках с 1957 г...». Источник. 1995. № 6. С. 151 2 Оценка получена путем умножения средней численности подпольной группы или организации (3,6 чел.) на общее число груповых дел. 6 ведения дела по жалобе сотрудник прокуратуры, изучив материалы дела, составлял обзорный итоговый документ — постановление, заключение или справку, в котором излагал обстоятельства дела и свое мнение насчет его опротестования. Если оно было положительным, то и копия направленного в суд прокурорского протеста и последующего судебного решения приобщалась к надзорному делу; кроме того, там могли оказаться копии обвинительного заключения, приговора и таких материалов следственного дела, как программные документы подпольных кружков, листовки, анонимные письма, последующие жалобы осужденного или его родных и т.д. Во многих случаях надзорное дело, начатое по спецсообщению, затем продолжалось по жалобам. Вообще, если в Прокуратуре имелось надзорное производство, то все поступавшие в дальнейшем материалы, связанные с тем же делом, должны были приобщаться к нему; но по-видимому в результате ошибок делопроизводителей, иногда заводились и новые надзорные дела (в таких случаях в нашем каталоге указаны два номера дел Прокуратуры). Дела Верховного Суда СССР по составу близки к делам Прокуратуры, они содержат жалобы осужденных, копии приговоров, прокурорские протесты и копии повторных решений судебных инстанций. Но как правило, дела прокурорского надзора более подробны и информативны. Надзорные производства являются ценным и интересным историческим источником, который имеет определенные достоинства и недостатки, обусловленные особенностями его происхождения. Это вторичный источник, состоящий отчасти из копийных документов, отчасти из результатов обработки и обобщения первичных материалов следствия, поэтому в нем могут отсутствовать многие нюансы и подробности.